Беда, когда СВО становится трендом: Никита Михалков — о конъюнктуре и честности

Никита Михалков честно ответил на вопрос о современном кинематографе. Но это было больше, чем высказывание о тенденциях в целом. Это заявление о конъюнктуре и честности, которое нужно услышать каждому. Беда, когда СВО становится трендом.

В выпуске программы «Бесогон» от 10 июля был фрагмент с XIV Петербургского международного юридического форума. Там Никита Михалков больше часа говорил о главных проблемах современной России. Затем у сидящих в зале была возможность задать интересующие их вопросы.

Люди благодарили легендарного режиссёра за его творчество, передачи и за гражданскую позицию. Одна из участниц форума обратила внимание на слова Михалкова о том, что сейчас фильмам патриотического содержания, особенно о героях СВО и о том, что происходит в нашей жизни, пробиться тяжело. Вопрос заключался в том, что мешает больше писать об этом, снимать фильмы, ставить спектакли.

Никита Михалков напомнил, что лучшие фильмы о Великой Отечественной войне были сняты уже после войны. Как раз тот случай, когда большое удалось увидеть лишь на расстоянии.

Абсолютно безусловно необходимо писать, говорить, снимать про СВО. А уж документальное кино и репортажи обязательно,

— убеждён режиссёр.

Но беда, когда СВО становится трендом. За эту тему нередко берутся чисто из конъюнктурных соображений.

Потому что это в тренде, на это можно получить деньги и так далее, и так далее. И поэтому за это, к сожалению, очень часто берутся люди, которые не владеют профессией настолько, чтобы это было убедительно, талантливо, чтобы это было достойно. И это только приносит вред в результате,

— констатировал автор «Бесогона».

Он назвал этот момент принципиально важным. Пример – бойкот кинокритиками картины о Мариуполе на одном из фестивалей. Они не захотели смотреть такое кино. Многим проще на какую-то комедию потратить время.

После этого Михалков заговорил о трёх свободах: две их них понравятся либералам, одна – однозначно нет. Есть свобода, когда есть право выбора. Есть несвобода – когда права выбора нет. А ещё есть высшая свобода – когда и выбирать не надо.

Когда ты выбрал с молоком матери. Это высочайшая свобода, самая высокая свобода. И поэтому мне, к счастью, не нужно про какую-нибудь свою картину говорить, опустив долу глаза скромно: «Ну такое было время, ну что делать». Вот я лишён этой беды,

— подчеркнул знаменитый режиссёр.

Он добавил, что отвечает за каждый свой фильм, и верил в то, что делал в каждой картине. И ни разу у него не было цели понравиться.